Сгорела яичница
три острова превратились в уголь
вместе с круглым океаном
Как хочется любить эту жизнь
хочется любить эту жизнь
любить эту жизнь
эту жизнь
жизнь
ь
* * *
Пена химических процессов
берется объяснить все парадоксы
от пожара в душе
до выпадения в осадок
мутной взвеси печали
Мучаюсь вопросом
как назовут реакцию моего взаимодействия
со всем остальным
* * *
Я надеюсь
ты умираешь
хорошенько вглядевшись
в карту-распятие старого шара
иначе
мне будет трудно
вспомнить
куда ты шёл
и где оступился
* * *
Зачем не умеем стерпеть то
что с легкостью терпим от чужих
Зачем кривляемся
по-бухгалтерски подсчитывая
родные ошибки
давим травим пышем злобой
не имея по существу зла
Зачем?
Чтобы однажды придти
к стареющей могилке и сказать
"Здравствуй, мама"
* * *
Опять устал
выковыривать себя
из бесконечно-слоеного
пирога действительности
предъявляя вид сверху
снизу в профиль и в лоб .
(обратную сторону
только имеющим членский билет
партии Тыла)
Бессмысленные потуги
моего фототропизма
взятого взаймы
у давно сгоревшего мотылька
* * *
Плеск мертвенно-белых рыб в аквариуме головы
заставит всё повернуть вспять
заставит пожирать сотворенное в муках
заставит убивать дружбу друзей
заставит плюнуть в зрачки Сикстинской Мадонне
А ведь было прекрасно
радужное свечение
у двух мальков безверия
* * *
Просеку моего времени
сожрут дороги будущего
их пешеходы
затопчут тех кто был дорог мне
и тех кого я не знал
Когда-нибудь юный геолог
играючи откроет залежи белого угля
спрессованных наших костей
* * *
Грязевой поток мысли
подхватывает
несет всё дальше
мимо витрин
где манекены примеривают оскал к моему лицу
меняют гримасы от улыбки да ужаса
по мере приближения к финалу
заматывает с головой
Опять влезаю в скафандр ночи отпаиваю себя сном
* * *
Пятнистые дни
Время линяет
сбрасывает лишний груз
с увядающей шкуры
Падаем как кузнечики из целлофанового пакета
* * *
Души проданы
Два тысячелетия назад
...нос мог бы быть поизящнее
губы более дерзкие
в глаза вообще...
Я оценщик в комиссионке
подержанных
людей
* * *
Можно я буду бояться?
Себя
в маленькой рамке своего рождения
Всех вас
В опоках названий ваших эпох
Этот страх так легко переходит
Границу самосознания
Можно я буду бояться
* * *
Не превращай фабулу в фетиш
надоест
Не пей света из выстрела
распухнут гланды
Не прячь желание в радуге
потребуется миноискатель
Не облокачивайся глазами на небо
уснешь навсегда
Не-не-не-не…
* * *
Глянец всех фотографий
не заменит живого взгляда
Звучность воспроизводимых записей
не может тягаться
с сиюминутностью слова
Кому нужна эта память
* * *
Каждый бетонируется по-своему
В своём окопе теплей и уютней
чем там
наверху
среди падших дерев
времен года держав поколений
* * *
...что же дальше
спросил безликий паяц
причисленный к сонму святых
через повешенье
* * *
В какой-то момент моя комната
превратилась в открытую
обувную коробку
длина ширина высота
пол стены отсутствие окна и двери
полуобъем
Время забилось в один из углов
и ни за что не хочет вылезать
Вероятно сверху
можно наблюдать
как моя мораль не приемлет
сей басни
Чувствую себя насекомым
хитиновые чешуйки ногтей
на локтеколенях но совсем по-иному
чем у Кафки
* * *
Я торжествую
воплотив в двух словах всё
чему меня учили мимоходом роняя
пену с тысячи ртов
что оказалось правдой
точнее ложью склонной
к математическим преобразованиям
Я торжествую
осознав что ученье бессмысленно
Только самолично по счастливой случайности
можешь обнаружить в комнате
с перегоревшей лампочкой
черного кота
которого там нет
ЕЩЁ ОДИН СУИЦИД
Когда голос соскучится по стали
когда пластик воздуха обретет свою плотность
когда пение птиц уже не сможет быть пением птиц
и станет набором бессмысленных звуков
когда обонять будет нечего и запахи окажутся
одного ненавистного цвета
когда зрачки перестанут реагировать
на любое из псевдодвижений
я запрусь в бункере туалета
и спрошу себя в присутствии белого арбитра
зачем ты заставлял меня
играть в эти игры
Зачем?
И голое получит
и голое получит
и голое получит
* * *
Веронике
Бродил по городу снов
Зашёл в лавку редких свершений
Взглянул в душное зеркало души
Сидит мой индеец
в позе небритого эмбриона
съёжившись
от безрадужности куба
* * *
Я бумерангом вернулся сюда
То же замкнутое пространство
Всё те же на тех же местах
Зрители в первом ряду азартно потирают руки
В ожиданьи моих столь знакомых им реплик
Им уже недолго жать
Я-то знаю
что текст автономен по сути
и актёр всего лишь артикулирующее горло
Привычно повторяю хорошо вызубренную роль
Тело рефлекторно тиражирует фатальные движения
раздвапауза раздва
РУТИНА
Как вырваться из порочного круга?
Распрямиться в стрелу
и свистнуть
в направлении нового зава
заполненного
КВА-лифицированными
Зрителями
* * *
Скошенными травами
падут дома
столовых гостиных и спален
обрушатся своды
Скошенными травами
падут все свершения
желаний надежд
размажутся абрисы
И я словно громоздкий жук
почувствую под зонтом панциря
свою единичность
и свою уязвимость
ведь летом
охотятся кошки в полях
* * *
Здесь щедро рассыпано
приятное вперемежку с полезным
подчиняйся инстинкту толпы
нагнись бери
набивай карманы пазухи
прячь за отвороты пиджаков и душ
сколько хочешь
сколько влезет
сколько унесешь
про запас себе и соседям
от чьих глаз и ушей никуда не деться
да уже и нет смысла
Здесь несколько позже
найдут и тебя
подумав
сделают из ключицы дверную ручку
* * *
Дорога шириною в детство
и
я
стесняющийся земного притяжения
Мой первый полёт
в этих шагах
вприпрыжку
ЖАН-БАТИСТ КАМИЛЬ
О эти созвучия
О эти журчащие шорохи платьев Комеди Франсез!
Одно сочетание имён
способно вызвать
в русском воображении
цепь романтических образов
Этюды курящихся фимиамов
Зарисовки поднебесных кафе
И картины вечноразведённых мостов
Пытаюсь заняться самоэстетством
но к счастью
натыкаюсь на диптих
Галины Ивановны и Николая Федоровича
ТЕЗА
Духовное единство
это когда плачет один
а слезы душат другого
В таком случае
моя спина
карта страны всеобщего родства
По дорогам шрамов
можно проследить путь человечества
подходящего к рубикону позвоночника
* * *
Тевтонскими рыцарями
кажутся мне люди
сидящие на медлительных конях своих устремлений
Закованные в броню тяжеловесных ухмылок
Они гремят проржавевшими латами
гулко сталкиваются в узких проходах
— Простите Вас тут не стояло
Дальше и дальше продвигаются они
Зачерствелыми бронтозаврами
захряснувшими эльфами
Сирингомиэлическими червями
проникая в недра
медленно умирающего яблока
* * *
Великодушно отказался
От дружеской помощи знаков препинания
Выкупался в оттенках смысла как в жажде
Выдал на гора 8 миллионов комбинаций
из нескольких правильных слов
И ушёл без оглядки на изголовье
нагромождённые чувства свалялись бредовыми простынями
Рубцы в теле стиха
Задержался в позе мыслителя
на пике глубочайшей из впадин
своей глупости
В противовес этому поступил мудро
Набросал завещание
вырешив Времени право поставить
точку
НАИВ
Мой любимый читатель
мой единственный читатель
спешу довести до твоего сведения
Конец света наступит
определённо не через год
и вероятно не через десять
а в ту секунду
в ту яркую и неуловимую секунду
когда наш призрак растает
когда я обречённо приму аксиому
гласящую о том что
поэт при жизни не нужен
даже тебе
И света не станет
Ничего не станет
ЛИСТОВКА-2
Вот мы и дожили
добровольцы опять собираются
и с силой похрустывают пальцами: "Не допустим осечки!"
вот мы и дожили
ветераны второй ещё перелистывают воспоминания
а наши волосы и ресницы готовы гореть в третьей
Вот мы и дожили
оркестры продолжают играть свои вальсы
но в их звучании появляется какой-то новый привкус
(не то горечь не то обожженные васильки)
вот мы и дожили
привычный ряд "вчера-сегодня-завтра"
готов к трансформации в
"вчера-вчера-вчера"
вот мы и дожили
протянутые руки наталкиваются на иглы
противотанковых ежей
и из ран хлещут тела мерзлых жаворонков
вот мы и дожили
десять минут на глазах спрессовываются в десять лет
растянувшись до целых десяти
мгновений
потому что это последние десять минут
