будто рыба на Луне
словно семечко в арбузе
как скользящая медуза
ходит яблоко во мне
поскользнулось — упадет
и покатится без дела
словно бы давно созрело
словно завтра расцветет
ах мой грех во мне горит
я Лолита или Ева
яблоко как королева
смотрит в небо изнутри
МОЙ АМСТЕРДАМ АННА
Мой амстердам анна
я подарю тебе красный бутон
фонарик не спи на него смотри
за стеклом так близко от глаз ползают муравьи
заставь свои пальцы научиться у них:
замри расцвети коноплей ходи по воде
телефон молчит продлевая сегодняшний день
никогда — это не завтра, действительно никогда
Мой амстердам анна
летит летит самолет
архангел я вижу в иллюминатор поет наш ад
позови меня и я не вернусь назад
назови меня стервой исцарапай мое бедро
Мой амстердам анна
в сентябре еще так тепло —
научись у моих муравьев как рожать меня
(запомни: чтобы поняла только ты на иностранном)
* * *
если бы мы хоть раз встретились
по пути друг к другу в трамвае
ты запомнил бы номер моего билета
я запомнила бы размер твоей обуви
и потом снова встретившись по пути друг к другу в трамвае
ты сказал бы 23014
я сказала бы август в окне
в верхнем правом углу окна
ты сказал бы нарисовал бы там август
я сказала бы нарисовала бы треугольник
ты сказал бы нарисовал бы улыбку
я сказала бы нарисовала бы поцелуй
ты сказал бы нарисовал бы стер частичку БЫ
я сказала бы нарисовала бы частичку БЫ
и вышла на твоей остановке
17.07.02
ФОКУС С РАЗОБЛАЧЕНИЕМ
солнце
трижды перекинутое через горизонт
пожар
если долго повторять твое имя
мнимое как иная субстанция
вечер как будто вечер
как будто белая ночь
как будто и не здесь
а там
эрогенные зоны
твои
мои
прохожего
заглянувшего в наше окно
и потому опоздавшего на ужин
на пару лет
телефон (тоже эрогенная зона)
никого нет дома
да и дома нет сдвинулся
сдвинулся
Иисус
была есть и ты меня я тебя никому не отдам
18.07.02
* * *
Сколько ангелов, совершая свои перелеты,
поранились о шпиль Адмиралтейства,
сколько ангелов пало в объятия
внизу ожидающих девочек,
тех, что, лаская, щекочут тела пернатые,
тех, у которых ногти накрашены красным
и перевязаны полосы на запястьях.
Как под водою предательски тени шевелятся.
Вне притяжения город среди ураганов,
среди забывающих.
Среди умирающих есть легче воздуха.
Души ворует увядший закат,
под водой только камни.
Редкая птица
вспомнит, пролетая над Питером,
что она вовсе
ангел.
* * *
Новое время года — август —
полуодетое, полуоткрытое после ночи ласк,
тем холоднее, чем теплее одет асфальт,
сходящий с ума от прикосновений листа.
Смотри же, смотри и запомни
свою тоску!
Так объясняю на чужом языке
в чужом городе дорогу — не зная дороги,
от страха, и оказываюсь права.
Так ухожу, лишь бы не помнить лица,
и оказываюсь права.
А ты удивишься, вероятно, придя домой.
Ты не застанешь на своем месте меня.
Странно, кукла куда-то делась,
и заглядываешь под кровать —
драное солнце, мятая тень,
иностранная речь, а ее нет.
Август, видишь ли, август,
новое время года.
Даже куклы
умирают, упав на асфальт
и уходят своим путем.
* * *
еще маленькая была
ходила в детский сад трепетала
от слова любовник сама не знала
не понимала от чего этот трепет —
кругом буквально сплошной детский лепет
надо бы старше
было 4 годика
а он тогда как раз женился
на первой этой она и сейчас впрочем
жена а не на правах птичьих
а воспитательница в детсаде —
женщина в климаксе
привела в группу дочку свою — блаженную
подумала тогда что только на таких и женятся
эта блаженная всегда мечтала
(этот факт и сблизил сначала)
и теперь ездит в том же трамвае
когда трамвай от него домой возвращает
вообще городок маленький
мужчин хороших мало
это и в 4 и в 14 понимала
* * *
Она стояла и смотрела,
как в небе в белых одеждах, в розовых мечтах, в наручниках
плыла ее тень.
Она пошла за хлебом,
по дороге встретила
соседку, умерла, вернулась
проверить заперта ли дверь.
Дверь была
заперта, но не та, а утюг был включен,
и записка:
"Я птица стала улетела
на юг отсюда точнее
на юго-запад короче
вернулась к мужу Пока".
И подпись совсем незнакомая
"Люба".
А она и так устала,
что за Люба была, выяснять не стала,
по стене оседала.
Тень по небу летала, рыдала, летала.
* * *
Невский
протер меня до дыр до пыли
посадил в ладошку в лодку в одиночную камеру
эрмитажные кошки грызли меня шипели у ног ласкались
волны следы стирали ступни стирали перед глазами плыли
бросил меня
в колоду игральных карт - шестерку бубей
поселил между рукой и рукой между водой и водой
жуки-короеды прогрызли в колоде миллионы ходов
пройди лабиринт в Ирландию попадешь скорей
схватил меня
положил на зеленое сукно на музыку на край окна
спрятал в рукав в сундук в мостовую
да не тут-то было — не убил даже француз поджигая Москву
продралась сквозь Питер — льняную рубаху сквозь туманы сквозь сон
стою за плечом — видишь на стекле от дыхания след?
стирал проигрывал а меня как не было так и нет
БАЛКОН ОТ БРАТЬЕВ МОНГОЛЬФЬЕ
Сбегались люди
Со всех сторон:
Над Петербургом
Летел балкон!
Он, словно кактус —
На всех плевать,
Спешил, чтоб только
Не опоздать.
Он, словно лампа,
По небу мчась,
Считал секунды
И каждый час.
А люди думали:
"Вот дела!
Балкон сорвался
И залетал!"
Но что такого?
Он — не кровать.
Ну захотелось
Вдруг полетать.
Не запрещал
Никакой закон
Летать тебе,
Если ты — балкон.
И чтоб людей
Не пугать, как слон,
Он скромно скрылся
За горизонт.
